Пушкин в изгнании. Часть первая

Пушкин в изгнании. Часть первая
Об издании
Автор: Новиков Иван Алексеевич
Язык: Русский
Год издания: 1966

И. А. Новиков. Собрание сочинений в 4 томах. Том 1. Достойное место в советской литературе занимает один из старейших писателей — Иван Алексеевич Новиков, творчество которого продолжалось более шестидесяти лет. Широкой популярностью у нас в стране и за рубежом пользуется переиздававшийся много раз роман И.А.Новикова «Пушкин в изгнании» — значительное произведение советской исторической беллетристики. За долгие годы не потеряли обаяния многие его повести, рассказы, стихи, литературоведческие работы, созданные светлым талантом самобытного художника и оригинального исследователя. 

Замысел романа о Пушкине возник во время поездки Новикова в Михайловское в 1924 году в связи со столетием ссылки поэта. Созданию романа предшествовал кропотливый исследовательский труд. Роман «Пушкин в Михайловском» был начат в 1934 году и закопчен в 1936 году, в канун столетия со дня гибели поэта. Но обширный материал, которым владел к тому времени Новиков, не был исчерпан этим романом. Да и тема изгнания Пушкина без рассказа о южной ссылке поэта была бы раскрыта неполно. И писатель, вновь используя огромную Пушкиниану, а также личные впечатления от поездок по пушкинским местам в Бессарабии, на Украине, Кавказе и в Крыму, приступил к роману «Пушкин на юге» (1936-1941). Впоследствии обе книги о Пушкине была объединены в дилогию «Пушкин в изгнании». 

В первый том Собрания сочинений вошел роман из дилогии — «Пушкин на юге».

Издание в формате PDF:
21:52
Ах, какая книга! Для меня Пушкин — это Пушкин, «величайший русский поэт и писатель». И никак я не ожидал, что Александр Сергеевич сойдет со страниц, а вернее я нырну в них, в те далекие годы и окажусь в маленькой деревеньке Михайловское рядом с этим Человеком. Окажусь настолько рядом, что захочется похлопать Его по плечу и крикнуть: «Сашка! Я так рад тебе!»

Книга в легком и стройном своем течении похожа на всем знакомый с детства автограф поэта.

Плавная, аккуратная строчка без единой помарочки и резкого движения пера — это воспоминания об Одессе, память о прекрасной и несравненной Элиз, бережно и трепетно хранимая…
Поля страницы покрывают нежные профили в кудряшках волос — да это же женщины, окружающие Его: тут и семейство Осиповых, и Мария Раевская, и, конечно же, Анна Петровна Керн («Я помню чудное мгновенье...» написано здесь, в Михайловском), не сумевшая, а может и не захотевшая, разгадать этого страстного человека.
Строчки спрятались в витиеватых линиях и вензелях — так это друзья навещают и пишут Пушкину, и среди чащи трогательных и быстрых стихов отыскиваются и горячий Пущин, и ленивый Дельвиг, и честный Горчаков, и ставший таким далеким Жуковский.
Появились резкие буквы, слегка угловатые и дерганные строки — это появились недруги, и подлости стали вмешиваться в ритм жизни, как камни в течение Сороти, над которой так приятно сидеть вместе с Ним.
Зачеркнутые слова, измалеванные строки и смятые страницы — император мешает жить, душит порывы, вызывает страстную ненависть.

Так за несколькими сотнями страниц и проходит два года в изгнании, пусть и в родном Михайловском. Этот период подарит много чудесного и замечательного: главы «Евгения Онегина»,«Борис Годунов», «Цыганы» и много прекрасных стихотворений. Думаю, именно эта ссылка и Михайловское, ставшее тюрьмой, превратившее даже родителей в надзирателей, позволило Его перу стать архимедовой точкой опоры…